«Любимые, лишенные любви», или Козел со стразами на челнинской сцене

9 Января 2018

Фото: https://kamalteatr.ru
Автор материала: Рузиля Мухаметова (перевод, www.intertat.ru)
О том, что в челнинском драмтеатре готовят какой-то суперспектакль, в театральном мире Татарстана стали говорить еще в начале сезона. Жаль, что у нас нет театрального туризма, ведь ради спектакля «Яратылмый калган ярлар» («Любимые, лишенные любви») можно было бы устроить такую поездку.

Но хорошо, что есть театральные фестивали: Набережночелнинский татарский государственный драматический театр со своей премьерой участвовал в IX Всероссийском фестивале молодых режиссеров «Ремесло» и даже открывал этот фестиваль. Автор пьесы — актер челнинского театра, народный артист Республики Татарстан Булат Салахов. Постановка режиссера из Башкортостана Ильсура Казакбаева. Художник-постановщик — заслуженный деятель искусств России и Республики Калмыкия Валерий Яшкулов, композитор — заслуженный деятель искусств Республики Башкортостан Ильшат Яхин, хореограф — заслуженный деятель искусств Республики Татарстан Салима Аминова.

События происходят в годы Великой Отечественной войны в трудовом лагере. 14-летнюю Ильсияр отправляют из родной деревни в лагерь, указав в документах, что ей уже шестнадцать. Не помогают мольбы ребенка — ей надо ухаживать за больной матерью, маленькими братьями, ведь отец и старшие братья — все на войне… Так девочка-подросток вместе с другими женщинами попадает на лесозаготовку. В лагере — голод, непосильный труд. Не выдержав тяжелых условий, люди умирают. Ильсияр с двумя другими девушками решается на побег. И это им удается…

Сцена почти пустая. Художник применил длинные столы на низких ножках — они используются как двухъярусные полки в вагоне поезда, как столы, в качестве дверей и стен.

Их было трое

Главных героинь трое — татарка Ильсияр (Гулина Мингазова), русская Катя (Зульфия Галиуллина) и российская немка Анна-Мария (Алсу Гильманова). У каждой из них до войны была своя жизнь. Катя росла в богатой семье, окруженная заботой и нежностью, мечтала стать балериной. На концерте в лагере она танцует — вдохновленно, забыв обо всем — и оказывается изнасилованной начальником лагеря. 


Не вынеся позора, девушка пытается повеситься — ее спасает Ильсияр. Третья героиня — немка Анна-Мария из-за своей национальности слышит в свой адрес лишь слова ненависти. Такие же чувства испытывает к ней надзиратель Андрей, пока между молодыми не загорается чувство любви. Но финал этой истории трагический. Пытаясь защитить любимую, Андрей сам получает пулю. Воспользовавшись беспорядками, девушкам удается бежать. Но ради любимого Анна-Мария возвращается в лагерь. Катю расстреливают во время купания. Добраться до родины удается лишь Ильсияр. Приезжает в пустой дом — мама умерла, младшие братья отравились перезимовавшей на поле пшеницей, вместо отца и старших братьев — похоронки, бабушка умерла от горя, так и не дождавшись внучки.

Драматург Булат Салахов и режиссер Ильсур Казакбаев держат зрителя в напряжении на протяжении всех двух часов, пока идет спектакль. На сцене пятнадцать женщин, обреченных быть жертвой, и пять-шесть мужчин-надзирателей. Всего несколько светлых моментов позволяют выдохнуть. Один из таких моментов — танец Кати на концерте в лагере. А второй, и самый интересный, момент — появление на сцене козла. На самом деле это артист Разиль Фахрутдинов в козьей шкуре. Правда, театральный критик Нияз Игъламов выступил категорически против этого эпизода. По его мнению, козел не просто «из другой оперы», он еще и совсем неуместный здесь «персонаж из новогодней сказки».

Козла оставляем?

А вот история козла: девушки-беглецы страдают от голода. Тут к ним забредает козел, которого они принимают за козу. Что делают героини? Конечно, пытаются надоить молока. После смешных догонялок они валят рогатое на землю и обнаруживают, что оно мужского пола. Не веря своим глазам, девушки заглядывают под «шубку» Разиля Фахрутдинова и козла отпускают.

Нияз Игъламов посчитал, что девушки не должны были отпускать козла, а тут же свернуть ему шею и съесть. Далее мы видим, что Ильсияр ради спасения своей жизни может и человека убить. Значит, козел или не должен быть здесь совсем, или, если уж он имеется, не должен оставаться в живых. «Эпизод с козлом — это как украсить валенки стразами», — сказал критик. Но, кажется, он немного отстал от жизни — валенки со стразами уже продаются. Значит, козел в драме тоже может быть. По крайней мере, кроме Нияза Игъламова, ни у кого из театроведов козел претензий не вызвал.

Посмотрим, как решат «вопрос с козлом» режиссер спектакля Ильсур Казакбаев и директор театра Рашат Файзрахманов. Пока в афише этого года спектакля не видно.

К слову, Нияз Игъламов за то, чтобы более требовательно подходить к работе художника. Он обращает внимание, что это документальное произведение и здесь не может быть условных решений, поэтому надо быть внимательнее к деталям.


«Этот спектакль о том, что человек остается человеком в любых условиях, — говорит Нияз Игъламов. — Здесь все — люди. Даже изнасиловавший Катю начальник лагеря, он тоже человек. Правда, Инсаф Фахрутдинов (народный артист Татарстана, заслуженный артист России. — Ред.) мог бы исполнить этот эпизод более осторожно».

Нияз Игъламов подчеркнул, что спектакль «Любимые, лишенные любви» может участвовать в фестивалях.

Спектакль на русско-татарском

В спектакле довольно много текстов на русском языке. В диалогах или же когда героиня в бреду начинает говорить вслух… Да, Екатерина в состоянии ужасного стресса будет бредить на родном языке — это можно понять. Но почему же во время ее танца звучит стихотворение на русском? Потому что балет — искусство не татарское? И что? У татар есть всемирно известные танцоры балета. Кто будет отрицать? Я за то, чтобы во время танца Екатерины стихи читались на татарском. У нас пока есть поэты, способные написать стихи, соответствующие состоянию Екатерины.

Русские диалоги на татарскую сцену впервые ввел театр Камала в спектакле Зульфата Хакима «Телсез куке» («Немая кукушка»). Помню, тогда это вызвало дискуссии. Но в данном случае казалось, что русский текст себя оправдывал. Но русский текст на татарской сцене не должен быть нормой, а скорее исключением.

Давайте уж не будем русифицировать наш театр. Пусть в татарском театре как можно больше звучит слово татарское.




Самое читаемое
Комментарии







Культура

Нурбек Батулла: «Сегодня народные танцы – это мертвое музейное искусство»

Если спросить, кто в последнее время внес наибольший вклад в культурное богатство татарского мира, то, наверное, среди имен будет названо и имя Нурбека Батуллы. Он станцевал историю татар и получил «Золотую маску». Нурбек Батулла - очередной герой проекта «Шәһәрчеләр».

Культура

«Кто-то должен был нарушить это табу»: Нижнекамский театр поставил «Старика из деревни Альдермыш»

Легендарный старик Альмандар из деревни Альдермыш вернулся на сцену – Нижнекамский татарский государственный драматический театр показал свою постановку по знаменитой пьесе Туфана Миннуллина. Это смелый шаг для театра, ведь после ухода со сцены Шауката Биктемирова спектакль никогда больше не ставился на профессиональной татарской сцене и казался уже чем-то неприкосновенным. Среди первых зрителей в зале Нижнекамского театра была также корреспондент ИА «Татар-информ» Рузиля Мухаметова.

еще больше новостей

© 2018 «События»
Сетевое издание «События» зарегистрировано в Федеральной службе по надзору в сфере связи,
информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор) 18 апреля 2014 г. Свидетельство
о регистрации Эл № ФС77-57762 Создано при поддержке Республиканского агентства по печати и массовым
коммуникациям РТ. Настоящий ресурс может содержать материалы 16+

Адрес редакции 420066, г. Казань, ул. Декабристов, д. 2
Телефон +7 (843) 222-0-999
Электронная почта info@tatar-inform.ru
Учредитель СМИ АО "ТАТМЕДИА"
Генеральный директор Садыков Шамиль Мухаметович
Заместитель генерального директора,
главный редактор русскоязычной ленты
Олейник Василина Владимировна

СОБЫТИЯ
в Яндекс.Дзен
Подписаться
×